В конце 19 века на стыке европейской и африканской культур возникло новое музыкальное направление — джаз. Он довольно сложно интегрировался в советское пространство, но со временем нашел там свое место и свои таланты. Центром джазовой жизни тогда был Донецк. О славном прошлом и перспективном будущем донецкого джаза, о его влиянии на свою жизнь рассказал музыкант Владимир Нурмухаметов.
— Как начался ваш путь в джазовую музыку, и что вдохновило вас выбрать трубу в качестве основного инструмента?
— Я родился в Донецке и в десять лет начал посещать детский духовой оркестр. Мне, еще совсем ребенку, понравился яркий, красивый, блестящий, да еще и солирующий в оркестре инструмент — труба, поэтому я его и выбрал. Потом была музыкальная школа, музыкальное училище. Какое-то время учился в консерватории. Путь именно в джазовую музыку начался в музыкальном училище. У нас был биг-бенд под руководством Якова Хаславского, мы его называли Папа Яша. Он привил мне безусловную любовь в джазовой музыке — как к классической, так и к джаз-року.
— Расскажите о своем опыте игры в Донецком диксиленде. Какие моменты были для вас самыми запоминающимися?
— Донецк долгое время был центром джазовой жизни. Одним из лучших трубачей в Европе был Валерий Колесников — профессор Донецкой консерватории. Он, к сожалению, уже умер. Этот прекрасный музыкант и создал Донецкий диксиленд, в котором и я участвовал, и мой брат. Я там был вокалистом и трубачом. Это был очень яркий и динамичный период донецкого джаза и моей жизни тоже. Мы много играли, участвовали в международных фестивалях, ездили на зарубежные гастроли. У нас есть диск, очень много записывались на Донецком телевидении, так как диксиленд являлся оркестром Донецкого телевидения. В общем, яркая была концертная жизнь.
— Каково это — играть в военном оркестре по сравнению с выступлениями в джазовых коллективах?
— Я служил в Ансамбле песни и пляски Вооруженных сил, после этого служил два года в Донецком военном оркестре. Сейчас я тоже играю в военном оркестре. Надо сказать, что это интересный опыт для музыканта, там нужно очень быть крепким. Примечательно, что военные оркестры на самом деле играют очень разнообразную музыку. Есть у нас и джазовая, и эстрадная музыка, очень много классики, и с вокалистами, и с солистами-инструменталистами. Все это очень интересно играть.
— Какие музыкальные произведения вы любите исполнять больше всего и почему?
— Больше всего мне нравится джаз-роковая музыка, и в этом же стиле я начал писать духовную музыку.
— Как вы начали писать музыку, и что вдохновляет вас на создание новых композиций?
— У меня написано несколько альбомов духовной христианской музыки. Мое вдохновение — в желании оставить на земле свой музыкальный след, послужить нашему Богу в том формате, который мне близок. Это придает силы и укрепляет во мне веру. Я надеюсь, что кому-то тоже эта музыка дает силу жить дальше, укреплять свои хорошие качества.
— Какие события или фигуры в истории джаза оказали на вас наибольшее влияние?
— В мое время советский джаз был на подъеме — коллективы Каданс, Лукьянова, Алексея Козлова, Арсенал играли очень интересную музыку. Также вот Валерий Колесников — он очень много участвовал в разных проектах с разными музыкантами. И так как Колесников был всегда рядом, можно было чему-то у него научиться, это, конечно, было очень важно для меня, как для музыканта. Из светил зарубежного джаза мне близки такие группы как «Breaker Brothers», «Chicago», «Earth, Wind & Fire».
— Как вы видите развитие джаза в России и его взаимодействие с мировыми тенденциями?
— Музыка не имеет границ, поэтому развитие, безусловно, именно во взаимодействии, в динамике. Мне кажется, что в позднее советское время это взаимодействие было очень развито. Затем все утихло, и даже ежегодные джазовые фестивали в Донецке перестали проводиться. Насколько мне известно, сейчас они возрождаются в виде ежегодного джаз-форума. Также крупные мероприятия проводятся в Сочи и Краснодаре. Так вот, чем больше их будет, тем активнее будет развиваться направление. Нужны новые имена, нужно общение, совместные выступления и обмен опытом.
— Можете ли вы рассказать о каком-то проекте или выступлении, которым вы особенно гордитесь?
— Еще в период работы в Донецком диксиленде мне посчастливилось принимать участие в ежегодных Донецких международных джазовых фестивалях. В одном из них принимал участие коллектив джазового флейтиста Пола Хорна. Он считается основателем направления нью-эйдж, и обмен опытом, общение с всемирно известным мастером-новатором было для меня очень запоминающимся.
— Какие бы советы вы могли дать молодым музыкантам, только начинающим свой путь в джазе?
— Не стоять на месте, заниматься, трудиться, репетировать. Нужно двигаться вперед, развиваться, стремиться познавать. Слушайте разные направления — это нужно для того, чтобы иметь «багаж», который необходимо анализировать и самому играть. Пробуйте писать музыку. И, конечно, обязательная ступень в развитии музыканта — классика, которую нужно знать и уметь играть.
